На связи пригород Питера, будничная сеута, детские проказы, здесь нет места для пафоса

Доброго времени суток! Меня зовут Лина, мне 27 лет, и я проживаю в уютной деревне под Питером в кругу семьи: мужа, двух детей и нашего любимого кота. Утро началось шумно и безразлично, будничная суета и детские проказы наполнили воздух. В моей жизни нет места для пафоса или исторических достопримечательностей, здесь нет места для хипстерских завтраков или идеальных фото в инстаграме. Поэтому, прежде чем решить отправиться сюда, подумайте хорошо. Вчерашняя ночь была бессонной: работа не давала покоя, а потом мои собственные мысли стали играть со мной злую шутку. Встаю, уставшая и обессиленная, за считанные минуты до звонка будильника.

На морде лица моего все 27 прожитых и ещё десяточка в подарок от бессонной ночки.

Ползу восстанавливать лицо по черепу. Любимый утренний набор.

Водичка. Не то чтобы для здоровья, просто сушняк.

Вот это просит пожрать, а ещё любви и ласки. Это носит гордое имя Штурман, в апреле ему будет год.

Собираю мужу обед на работу. Следы масла, мазута и прочих восхитительных жидкостей от няшной кастрюльки уже не отмываются, увы.

Иду будить старшего. Собственно, что я над детьми-то издеваюсь: у нас в водонапорной башне замёрзла вода. Соответственно, в кранах, сортирах и прочих стиральных машинках вода отсутствует. Мотаемся мыться и стираться по родне и друзьям. В мужниной машине надо чистить карбюратор, поэтому он взял мою; мотаться общественным транспортом мне отчаянно не хочется, поэтому доеду с ним хоть до метро, всё равно дела в городе.

Пока старший умывался, сварила ему овсянку.

Разбудила младшего. Сперва он вис на мне аки обезьяна, потом рассмотрел окружающую действительность, оживился и потребовал еду как у папы. Ну ладно, пускай как у папы. Рис с курицей и подливкой.

Подъём и завтрак мужа остались незапечатлёнными. Просто поверьте, что они были.
А я по утрам есть не могу, пью чай и жую сушки где-то на бегу.

Заправляю кровать. Пока стоят морозы, мы все спим на одном диване, как котики, для тепла.

Собираю рюкзак со сменой всяких труселей и носков.

Старший обожает фотоаппарат, и фоткает меня, уже больше похожую на человека, на фоне сушащихся отцовских ботинок.

А потом они сами набиваются в это кресло…

Копались и собирались мы долго. Выскакиваем на улицу, позабыв сфоткаться. Там снежно и -28.

Мужа — за руль, быстрее доедем. Таймчек.

Вот то, что светится на горизонте — Питер. До него 15 километров.

Едем-едем, проезжаем райцентр.

Выезжаем на КАД. Светает.

На Дачном пробка. Ф-фух, наконец-то у метро! Целуемся в шшоки, делаем таймчек, прощаемся.

Бежим к метро.

Наш с детьми путь лежит на другой конец города, на Комендантский проспект. Мне надо заехать на работу к другу, забрать у него мой деньрожденно-новогодний подарок. Путь тленен. В метро вырубает спать, старший пихает в бок: «Мама, мама, конечная».

В БЦ, где трудится друг, фоткать как-то стрёмно, всюду охрана, туалет по пропускам. Обратно идём, для разнообразия, до Старой деревни, расстояние равнофигственное.

А теперь снова из конца в конец города, в Купчино. Мы отправляемся в гости к моей лучшей подруге Ландыш-ка, она живёт в Московской Славянке, технически город, фактически — тоже пригород. Ура, успеваем в отъезжающую маршрутку!

Таймчек.

Вот она, Славянка. Всё новенькое и ровненькое.

Младший спит на мне. На ком бы мне вздремнуть…

Ну вот, пришли. У Ланы две дочки, почти ровесницы моих мальчиков. Старшие дети тут же лезут смотреть в окно. Понятия не имею, зачем.

Достаю свою бутылку и пытаюсь залить сушняк. Бесполезно, он от недосыпа. Говорю Лане, что упаду на часок, и прячусь в маленькую комнату на кровать.

Меня будят уже после трёх, чувствую себя чуть-чуть более человеком. По коридору бегает младший с сумочкой и радуется жизни.

Достаю свой подарок. Ура, я снова могу тусить в инста-простите-граме и прочих соцсетях! Закапываюсь в настройки, это первый мой гаджет на винде.

И чаёчек ещё.

Любуюсь на Ланину люстру с новогодними снежными висюльками.

Дети — мой старший и Ланина младшая — шуршат в снятых украшениях и какбэ поздравляют.

Читаем книжку про космос. Умещаем в мозгу тот факт, что в Солнце может поместиться больше миллиона планет Земля.

За окном подходит к концу световой день.

Таймчек означает, что пора приступать к водным процедурам!

Старший купается.

Младший купается.

А потом купаюсь любимая я! Лежу в ванне, пока не начинаю ощущать себя варёной пельмешкой. Для человека, который привык мыться ежедневно, отсутствие воды — ужасная проблема, так что пытаюсь намыться впрок, в тазике не наплещешься.

Хо-ро-шо! Но прошедшая ночь с рожи, увы, никуда не делась.

Тем временем…

Дети играют. Анна решила, что в жизни преступно мало праздника, и нарядилась в свой ёлочный костюм принцессы.

Ужинаем: запечённая картошка. Выглядит печально, а по факту вкусно, с разными травками.

Девочка-девочка, серая тойота уже повернула на Колпинское шоссе… — это муж звонит, что он уже близко.

Детишки просят фото на память. Сейчас они уверены, что вырастут и поженятся. Хм, я в том же возрасте мечтала выйти замуж за своего троюродного брата, а потом, кажется, за лейтенанта Шарпа из старого телесериала.

Лана хитро улыбается на прощание.

Идём через двор.

Муж уже тут; рассаживает мелких по креслам.

Гордо водружаю своё седалище в пилотское кресло.

В Пушкине стоим на переезде, наблюдая бесконечные электрички.

Дорога скользкая, еду не больше 60, муж пытается фоткать, но вокруг темнотааааа и хтонические просторы области.

Добрались. Ставлю машину у дома и выхожу сфоткать сей дивный пейзаж.

Дети уснули по дороге, тащим их в кровать. Выковырять старшего из любимой толстовки не представляется возможным, фиг с ним, пусть спит так.

Муж ужинает. Все любят кресло х) Хотя на самом деле он туда залез, чтобы телек смотреть, телек висит напротив. Показывают старый КВН, умилительное ретро.

А я по бутербродикам.

Время… Муж уходит спать.

Меня ждёт работа. Я занимаюсь контекстной рекламой в «Квестории», пора к станку. Полки над столом ясно показывают, что я люблю пить чай за компом, но не люблю выносить посуду.

Воркаем понемножечку.

Не, не могу больше, пора в люлю, иначе завтра буду как огурец, только не свежий, а солёный, забытый на ночь на блюдечке.

Бонус: мою спящую тушку наутро сфотографировал старший, который тоже захотел снять «один свой день». Правда, в середине дня бедолага накосячил и случайно потёр всё отснятое, осталась только первая утренняя ласточка.

Понравился пост? Поделитесь им в социальных сетях. Спасибо!

Пост прочитан: